Дима Вернер: Я анекдоты собираю. Я их придумываю, но очень редко. Когда не хватает на выпуск, то приходится что-нибудь придумывать. Даже есть с хорошим рейтингом несколько анекдотов, но я не буду рассказывать какие. Я всегда это делаю под разными именами. Если один анекдот вошел в фольклор, это хорошо, если нет, значит стыдно признаваться. А если он вошел, то все равно потерял автора.

Михаил Якубов, aka Куб: Но это фантастика на самом деле, потому что жанр принципиально безымянный, безавторский.

Вернер: Да, но всегда есть начальная идея, а потом она проходит обкатку фольклором. Т.е. ты запускаешь какую-то идею, и если она интересна, то она будет передаваться из уст в уста. Если она не интересна, то она сразу потеряется. На втором, третьем пересказе она уже заглохнет.

Куб: Правильно, ты как бы научную сторону вопроса излагаешь. Просто ты первый человек, которого я вижу - автора анекдотов.

Вернер: Нет. Я, например, знаю человека, который придумывает анекдоты про новых русских. Он автор большинства анекдотов про новых русских, которые ходят по стране. Я не знаю его настоящего имени и никогда его лично не видел, я просто через Интернет знаю его по его интернетовским никам.

Куб: А как ты определяешь достоверность авторства?

Вернер: Это видно, видно, что анекдоты из одного источника, у него есть некий свой стиль.

Вернер: Да нет. Обычно я сам, когда напьюсь, начинаю рассказывать. У нас компания такая, все знают, что я этим занимаюсь, и особенно по этому поводу ко мне не пристают. Но вообще я очень спокойно отношусь ко всему. Меня трудно этим достать, даже наоборот. Я до сих пор смеюсь над анекдотами.

Вернер: Про звонки на радио много анекдотов.

Куб: Армянское радио, например.

Вернер: Армянское радио само собой. Но это другой жанр. А вот звонки... Девушка звонит на радио и говорит: "Я вчера нашла на бульваре бумажник, в котором было 1800 долларов, 613 марок, удостоверение на имя Мкртчяна Гарика, проспект Шверника, 16. Пожалуйста, передайте для него хорошую песню".

Куб: Что касается того, что я придумал Интернет. Я этого не говорил никогда. Это, на самом деле, Настик мне сделал подарок на день рождения, сочинив этот анонимный текст. Все меня пеняют этим. Я, видимо, как-то недостаточно свою ответственность чувствую. Наверное, я на самом деле при этой фразе должен сразу пригорюниться, покраснеть, подумать, что весь этот вздор, который сейчас происходит, неужели это я, своими руками создал...

Раньше, когда было время энтузиастов и когда ни здесь, ни там за это деньги особо не платили, то был довольно простой критерий, который помогал свои же собственные планы построить: делай только то, что ты сам будешь использовать, что тебе самому будет нужно и интересно.

Действительно, особенно, когда это было совершенно не паханное поле, как бы целина и можно было рисовать скрипичные ключи и все, что угодно на этом поле вместо того, чтобы его распахивать делянка за делянкой, и когда, я не знаю, всякие хорошие мысли приходили во время перекура: а можно еще вот такую штуку замечательную сделать, а интересно вот это еще попробовать... Не то, чтобы идеи лились ручьем, но действительно можно было все, что угодно. Потом думаешь, да, это можно сделать, но мне это не нужно самому. Значит, найдется кто-то, у кого будет завод, драйв, кого это на самом деле потащит,и который сможет более-менее целенаправленно этому посвятить некоторое время своей жизни.

А подумал я о том, что время изменилось как раз именно в этом смысле. Многие это приветствуют. Многие называют это временем прихода профессионалов. Как раз недавно в "Неткульте" у Ромы Лейбова статья Евсея Вайнера была опубликована, впрочем, очень смутная, но, насколько я смог понять афористический и эвфемистический стиль, которым она написана, в ней это и говориться, что, мол, старички, подвиньтесь, а вот пришли профессионалы, которые будут профессионально этим делом заниматься.

Ну, да, профессионалы: могу копать - могу не копать. Платите деньги - и все будет сделано. Совсем другой подход. Понятно, что много времени и сил тратится на то, чтобы произвести порошок "Ариель" и продвинуть его на рынок. Но это совсем не то же самое, что какая-то ручная работа. Я не в смысле ностальгии, а изменилось качество для человека воспринимающего.

Куб: Я, кстати, совершенно не против этого.

Вернер: Да, я всегда это делал, потому что мне это доставляло удовольствие, и делал только то, что нравилось мне самому. А оказалось, что это еще нравится десяткам тысяч людей. До сих пор у меня есть выбор. Например, если я знаю о чем-то, что это принесет больший успех, это будет более развлекательно. А вот если я размещу то, например, то все только поморщатся, плюнут и имидж ухудшится. Я все равно то поставлю, потому что для меня полнота коллекции, для меня делать то, что я считаю нужным, важнее, чем подстраиваться под желание публики. И в долгосрочной перспективе - это правильно. Потому что если ты все время будешь подстраиваться, то ты потеряешь свое лицо. А, проект если потеряет свое лицо, то станет совсем никому не нужным.

Вернер: Да, я почти всегда знаю, какой анекдот и какая история выиграет голосование. Процентов 90 я угадываю. Заранее знаю, какой анекдот вызовет резкую реакцию отторжения. Какую историю лучше совсем не публиковать. Т.е. абсолютно зарезать. Но абсолютной цензуры у меня нет, и никогда не будет. Есть сортировка на основные выпуски и дополнительные. Причем эта сортировка тоже не основывается на понятиях цензурности. Т.е. в основном выпуске могуть быть истории абсолютно нецензурные, главное, чтобы они были новые, свежие. Тут самое главное - отсутствие личного отбора. Оно гарантирует наиболее объективную картину. Кстати, недавно в "Неткульте" же у Сергея Кузнецова была статья о том, как себе можно представить 90-е годы? - почитайте истории на сайте "Анекдоты из России". И вот почему, потому что это не искажено моим личным отбором. Если бы я отбирал то, что мне нравится, то это были бы мои 90-е. А так - 90-е объективные.

Вернер: Я абсолютно все прочитываю сам. Все разделы, которые я веду. Если я знаю, что это понравится публике, то это пойдет в выпуск. Если это понравится мне, то это тоже обязательно пойдет в выпуск. Но это условие достаточное, но необходимое. Не обязательно, чтобы это нравилось публике. Главное, чтобы это было существенно. И чтобы какой-то штрих действительности отражало.

Куб: на самом деле, у меня вопрос, который я задаю всем. У меня такое чувство, что я один. Я не вижу никакой поддержки, когда начинаю эту тему, тему изменения и ухудшения того, что происходит. Я все время пытаюсь выразить свое неудовольствие от того, что я вижу нынче в Интернете.

Нет, неправильные слова. Что значит неудовольствие? Наоборот, конечно, клумба, пусть цветут сто цветов... Но всему этому все равно не хватает понимания происходящих вещей.

Да, а вопрос на самом деле очень простой. Ты что-нибудь читаешь в Интернете для себя, какие-то сайты?

Вернер: Ты имеешь в виду сетевую литературу или просто сайты?

Куб: Нет, вообще. Прогноз погоды, скажем, все, что угодно.

Вернер: Конечно, читаю. Я не занимаюсь случайным блужданием. Времени на это нет совершенно и это бессмысленно, слишком много всего. Но у меня есть сайты, которые я посещаю регулярно, которые просто в закладках. И если кто-то из людей для меня интересен и на что-то дает ссылку и что-то рекомендует, то я заглядываю.

Куб: А что ты читаешь постоянно? Можешь назвать?

Вернер: Новости на Ленте.ру, Газету.ру читаю. Потом читаю всякие литературные штучки, разделы на Вестях.ру, Курицына читаю и Настика читаю. Потом окололитературные вещи читаю. В "Русском журнале" "Нет-культуру" постоянно читаю. "Бессрочную ссылку" я читал все выпуски. В свое время у меня это был любимый ресурс, когда он появился. "Ленина" Вербицкого читаю регулярно.

Причем, я понимаю, почему я читаю Ленту. Потому что я в свое время читал "Вечерний Интернет", после "Вечернего Интернета" я пошел читать Газету.ру, а соответственно от Газеты.ру перешел к Ленте.ру. Потому что мне нравилось то, что пишет Антон Носик. Мне было интересно. С того самого 96 года, так он меня на ниточке и ведет.

Куб: Сама подоплека вопроса была в том, что я, конечно, хотел бы понять, что это моя личная проблема то, что я почти ничего не читаю из того, что выходит. Либо как-то все-таки попытаться найти какой-то объективный момент.

Куб: Я читаю по книжке в месяц...

Куб: Нового, свежего я практически не читаю. Мне кажется, что читать нужно хорошее, а не новое.

Куб: Я не отношусь к Ленте.ру как к классическому ресурсу.

Возвращаясь к книгам, тем не менее, я должен сказать, что та самая одна книжка в месяц, которую я в среднем читаю, в большинстве своем - событие для меня. По эффекту интернетовский ресурс сейчас для меня с книгой совершенно не сравним. Книга как-то наоборот еще более выкристаллизовалась. Кино тоже, кстати. Меня это┘ не знаю как это по-русски... It bugs me┘ Свербит. Я не понимаю, в чем фокус. Я предпринял вялую попытку перенести страницы. Я подумал, что мне больше всего не нравится, когда читаешь с экрана? - мне не нравится то, что я читаю с экрана. Мне не нравится движение глаза и все остальное.

У каждого вырабатывается какая-то своя технология движения пальцев и глаза по экрану. Я поймал себя на том, что я все время текст сдвигаю вверх и читаю верхнюю строчку на экране. Глаз у меня более-менее неподвижен, а кнопочки или мышь двигают текст.

В книге очень много вещей, которых нет в экране помимо движения глаза. Например, возможность случайным образом книжку открыть. Можно признаться со стыдом, что я довольно варварски поступаю с книгами, которые я читаю, и часто читаю их вовсе не с первой страницы. Скажем, читаю с середины к концу, а потом начало. Или что-то еще довольно жестокое по отношению к авторскому замыслу. Тем не менее, как-то на восприятии это не сказывается. А вот возможность открыть книгу в случайном месте для меня чрезвычайно существенна. Причем не как какая-то мистическая идея свободы, а именно для восприятия. Я как-то живу с этой возможностью. И часто ей пользуюсь.

Вернер: Кстати, это очень активно обсуждается в научной среде. Сейчас все журналы переходят на электронные версии, и многие библиотеки даже отказываются от бумажных копий, потому что никто их не читает. Все читают через Интернет. Так вот проблема в том, что раньше, взяв в руки журнал, человек мог случайно наткнуться на статью, которая просто напечатана рядом, и получить какую-то идею от этой статьи, которую он случайно посмотрел. Теперь эта случайность почти исключена. Человек вызывает нужную ему статью по ссылке, а то, что рядом, он просто не смотрит.

Куб: Но на самом деле ясно, что эту случайность можно привнести туда. Это, на самом деле, совсем не сложно. И здесь я вижу какое-то противоречие. Здесь есть какая-то проблема, которой могли бы озаботится, например, эти нынешние, стартовавшие недавно проекты, объединяемые совокупным словом Порталы. Наверное, у них там есть у всех бизнес-планы, наверное, в теории есть аудитория, которую они собираются привлечь и приклеить. Но... какая-то это стрельба из пушки по воробьям. Я даже не могу сказать, что каждый конкретный портал вызывает у меня, какие-то претензии. Просто сама идея мне кажется гнилой.

Вернер: Спокойно отношусь. Я думаю, что это удобная вещь, когда человек приходит и получает нужную ему информацию. Курсы валют, погоду, новости. Т.е. задача понятна, удержать человека, чтобы он больше не ходил никуда, а остался здесь навсегда и все, что ему нужно, здесь получал. Так есть такие люди, которые смотрят только первую программу телевидения. А почему бы и нет?

Вернер: Мне кажется, что надежнее начинать с чего-то уже, а не с нуля. Не пытаться с нуля выстроить портал, а делать портал на базе какой-то аудитории и предложить этой аудитории делать что-то еще.

Вернер: Я не знаю, на самом деле. Я делаю то, что я делаю. И мне этого хватает. И моим посетителям этого, на самом деле, хватает. Всегда есть какие-то пожелания: а сделай еще то-то, а сделай то-то. В принципе, надо это делать, но для этого люди нужны, много чего нужно.

Вернер: Видишь, когда я все это начинал делать, я это делал после работы, и сейчас я это делаю, в общем-то, после основной работы. Когда мне говорят, а сделай такой раздел, это, естественно, вызывает ответ - ребята, а не много ли мне будет? Но вот я совершенно не жалею, что меня вынудили сделать раздел "Истории", который сейчас мой любимый раздел. Но это действительно так было. Я понял, что истории пользуются популярностью, стал делать еженедельные выпуски. Количество присылаемых историй резко возросло. И стали говорить, что их можно делать ежедневными. И вот с 98 года они стали ежедневными. А другие разделы, на открытие которых меня постоянно провоцируют, вряд ли будут. Я держусь и понимаю, что, наверное, ничего такого интересного уже не будет.